АКАДЕМИЯ ВОЕННЫХ НАУК РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Cтруктура АВН

Научные публикации

Кто на сайте

Сейчас 398 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ВОЙСК НКВД ПО ОХРАНЕ ТЫЛА ДЕЙСТВУЮЩЕЙ АРМИИ В СОВЕТСКО-ЯПОНСКОЙ ВОЙНЕ

Рейтинг:   / 2
ПлохоОтлично 

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ВОЙСК НКВД ПО ОХРАНЕ ТЫЛА

ДЕЙСТВУЮЩЕЙ АРМИИ В СОВЕТСКО-ЯПОНСКОЙ ВОЙНЕ

 

Начальник оперативного управления ГКВВ МВД России – заместитель начальника главного штаба внутренних войск, кандидат исторических наук

генерал-лейтенант В.В. Подрезов

Заместитель начальника главного штаба внутренних войск МВД России

по военно-научной работе, кандидат военных наук, доцент

генерал-майор Ю.А. Марценюк

 

На протяжении всей Великой Отечественной войны СССР был вынужден держать крупные войсковые силы в Забайкалье и на Дальнем Востоке, так как Япония осуществляла скрытую подготовку к войне, ожидала для нападения удобного момента и держала миллионную Квантунскую армию у границ Советского Союза.

К концу 1944 г. понимая, что война на Западе Германией проиграна, руководство Японии стало ожидать вступления в войну на Востоке Советского Союза, который таким образом выполнял свои союзнические обязательства по отношению к США и Великобритании. Японское командование активизировало деятельность разведывательных органов с целью своевременного обнаружения начала подготовки СССР к войне, возможных направлений главных ударов советских войск.

С января по июнь 1945 г. японские разведывательные органы в Маньчжурии проводили активные мероприятия по разведке интересующих их объектов на советской территории, уделяя особое внимание сбору сведений о дислокации частей Красной армии, аэродромах, оборонительных сооружениях, железных и шоссейных дорогах, перевозках войск и техники.

С мая 1945 г. особое внимание японских разведывательных органов уделялось Амурской, Дальневосточной и Приморской железным дорогам. Предполагалось через засылаемую в районы узловых железнодорожных станций агентуру выявить переброску частей Красной армии с запада на восток.

В мае – июне 1945 г. японской разведкой в указанный район было направлено 18 агентов, прошедших специальную подготовку по определению составов эшелонов, перебрасываемого вооружения, снаряжения и других военных грузов.

Японская разведка развила активную деятельность по созданию агентуры среди кочевых народностей Забайкалья и Дальнего Востока. Так, в феврале – марте 1945 г. Сахалянская военная миссия спровоцировала переход на территорию Хабаровского края двух групп орочей[1] (54 человека), внедрив в их состав подготовленную агентуру[2].

В разведывательных целях японцами использовались и русские эмигранты. Так, 1 июля 1945 г. 53-м пограничным отрядом (Забайкальский округ) были задержаны четыре нарушителя границы русской национальности. Задержанные дали показания, что они с декабря 1944 г. проходили подготовку в Хайларской военной миссии и были переброшены на территорию СССР с заданием сфотографировать узкоколейную железную дорогу на участке: разъезд № 118 – станция Дасатуй (130 км северо-восточнее                 г. Даурия, Читинской области) и аэродром, расположенный в этом районе. При задержании было изъято 4 пистолета с боеприпасами, фотоаппарат, бинокль, средства переправы и восьмидневный запас продовольствия[3].

Активизация разведывательной и диверсионно-террористической деятельности японцев вызвала необходимость усиления мер по охране тыловых объектов на Дальнем Востоке, контрразведывательных и противодиверсионных мероприятий. Данные действия должны были не допустить вскрытия замысла создания наступательной группировки советских войск на Дальнем Востоке летом 1945 г. и сроков начала боевых действий.

Только за первое полугодие 1945 г. среди 282 нарушителей границы было разоблачено 98 агентов противника[4].

Вопрос о создании системы охраны тыла фронтов, действующих на Дальнем Востоке, рассматривался командованием Красной армии заблаговременно и уточнялся в период непосредственной подготовки фронтовых наступательных операций.

Главным управлением пограничных войск НКВД СССР были подготовлены предложения, которые были положены в основу приказа НКВД СССР от 26 июля 1945 г. № 0874, в соответствии с которым начальники пограничных войск Приморского, Хабаровского и Забайкальского округов были назначены по совместительству начальниками войск НКВД по охране тыла фронтов. Для охраны тыла 1-го Дальневосточного фронта предполагалось использовать 53-ю стрелковую дивизию внутренних войск НКВД, Забайкальского фронта – управление и 3 пограничных полка войск НКВД по охране тыла бывшего  4-го Украинского фронта, 2-го Дальневосточного фронта – 3-ю стрелковую дивизию внутренних войск НКВД. Кроме того, для ликвидации некомплекта в личном составе пограничных войск было приказано направить 550 человек рядового и сержантского состава войск НКВД в Забайкалье и на Дальний Восток. Переброску частей для усиления войск планировалось закончить к 20 сентября 1945 г.[5]

В связи с тем, что боевые действия против Японии были начаты раньше, эти войска, за исключением частей 3-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД, не были переброшены на Дальний Восток. Поэтому задачи по охране тыла действующей армии пришлось выполнять ограниченными силами полков внутренних войск, пограничными войсками, имевшими задачу охраны государственной границы, и частями Красной армии.

Несмотря на то, что охрана тыла была организована различными силами, общее руководство ею осуществляла оперативная группа войск НКВД при Главнокомандующем советскими войсками на Дальнем Востоке, которую возглавлял начальник войск НКВД по охране тыла действующей армии генерал-лейтенант И.П. Горбатюк[6].

Кроме того, заместителем Главнокомандующего советскими войсками на Дальнем Востоке Маршала Советского Союза А.М. Василевского был генерал армии И.И. Масленников.

Охрана тыла действующей армии на Дальнем Востоке была организована по такому же принципу, что и на фронтах Великой Отечественной войны, но имела свою особенность. Она заключалась в том, что войсковые операции начинались непосредственно с линии государственной границы, а наступление велось высокими темпами по отдельным разобщенным направлениям.

В соответствии с этим, а также различным составом сил и средств, вопросы охраны тыла на 1-м и 2-м Дальневосточных и Забайкальском фронтах решались по-разному.

Решением Военного совета 1-го Дальневосточного фронта охрана тыла действующей армии была полностью возложена на пограничные войска НКВД Приморского округа (57, 58, 59 и 69-й пограничные отряды). На советской территории было создано два рубежа охраны: первый включал в себя приграничную советскую территорию в полосе действий фронта на глубину 20–50 км, второй – проходил по линии государственной границы.

Для службы на первом рубеже выделялось 6 маневренных групп, 10 резервных застав общей численностью 916 человек, которые в ночь с 8 на 9 августа вышли на рубеж охраны, расположились повзводно и приступили к выполнению задач по охране войсковых коммуникаций действующей армии, складов и железнодорожных сооружений, станций снабжения, баз, аэродромов и посадочных площадок.

Общее руководство подразделениями, действующими на первом рубеже охраны, осуществлял пункт управления во главе с начальником пограничных войск Приморского округа, который дислоцировался в районе села Хороль. До момента передислокации на территорию Маньчжурии он осуществлял руководство охраной границы и охраной войскового тыла. Второй пункт управления войсками, оставаясь во Владивостоке, осуществлял руководство служебно-боевой деятельностью пограничных частей, охранявших морской участок границы[7].

Непосредственное руководство службой подразделений на первом рубеже осуществлялось оперативными группами пограничных отрядов (5–6 человек) во главе с начальником штаба.

В связи с тем, что наступление Красной армии осуществлялось не на сплошном фронте, а по направлениям, многие подразделения и части японских войск при отступлении уклонялись от ударов советских войск, оставались на флангах и в тылу наступавших ударных группировок. Разрозненные группы, укрывшиеся в дотах, используя выгодные условия местности, продолжительное время оказывали упорное сопротивление советским войскам, проводили обстрелы колонн, нападали на мелкие подразделения, тылы частей и соединений фронта. Одновременно с этим японская разведка оставляла большое количество заранее подготовленных диверсионно-разведывательных групп, а также одиночных солдат с задачей нарушения коммуникаций и дезорганизации тылов армий. Более того, в тыл армейских подразделений направлялось большое число смертников, которые выбирали наиболее важные объекты, штабы, группы офицеров, технику и подрывали их.

Верховное японское командование рассчитывало на затяжной характер войны и поэтому планировало широко использовать местных жителей для борьбы с наступавшими войсками Красной армии. Для этого при отступлении японцы осуществили раздачу населению оружия и боеприпасов. Так, при отступлении из города Хулинь населению было выдано  2 000 винтовок, большое количество пулеметов и боеприпасов.

Учитывая эти особенности, в приказе командующего 1-м Дальневосточным фронтом от 14 августа 1945 г. ставились задачи по организации охраны тыла действующей армии на территории Маньчжурии:

«1. Начальнику охраны тыла фронта генерал-майору Зырянову И.М. силами пограничных войск создать охрану тыла по направлениям передвигающихся армий, обеспечивая основные магистрали передвижения войск.

2. В городах и населенных пунктах организовать комендатуры и возложить на них обязанности по поддержанию порядка среди гражданского населения. Своевременно принимать меры по уничтожению оставшихся групп противника, бандитов и диверсантов в районах расположения комендатур.

3. Пункты выставления комендатур, персональное назначение комендантов, выделение их в распоряжение войск утверждаются Военным советом фронта. Комендантской службой руководит начальник охраны тыла фронта»[8].

Кроме этого, значительная роль в системе охраны тыла на территории Маньчжурии отводилась комендатурам. При этом в отличие от боевых действий на советско-германском фронте, они выставлялись за счет личного состава пограничных войск и имели относительно большой численный состав (50–250 человек). Кроме того, в распоряжении каждого начальника войск по охране тыла армий находилось от 250 до 550 человек, которые предназначались для создания комендатур по мере продвижения войск армий и проведения операций по очистке тыла от мелких разрозненных групп и подразделений противника.

Например, только 16 августа 1945 г. от 57-го пограничного отряда были выставлены комендатуры в городах Хулинь (240 человек), Мишань (150 человек), Дунань (210 человек). В последнем из них дислоцировался штаб и резерв начальника охраны войскового тыла 35-й армии в составе 408 человек[9].

Войска НКВД принимали меры к очистке населенных пунктов от вражеских элементов. Это осуществлялось через членов местного самоуправления и агентуру. Они помогали выявлять скрывавшихся вражеских солдат, офицеров и негласных агентов полиции, жандармерии, активных членов реакционных организаций и задерживать их. У местного населения изымалось оружие, боеприпасы. Например, комендатурой города Боли от 57-го отряда войск НКВД за первые пять дней с 21 по 26 августа оперативно-войсковыми нарядами было задержано 28 японских солдат-смертников, 10 маньчжурских солдат, 40 вооруженных китайцев. У населения изъято 1 116 винтовок и карабинов, 13 пулеметов, 78 800 патронов[10].

Командованием войск НКВД организовывалось патрулирование для поддержания порядка и охраны местных жителей от нападения бандитских групп, предотвращения случаев мародерства. Комендатуры из состава войск НКВД, выставленные в городах и крупных населенных пунктах, на железнодорожных станциях, сыграли большую роль в решении многих задач, в том числе и хозяйственного плана. Однако эта деятельность нередко отвлекала войска НКВД от борьбы с агентурой и ДРГ, активно действовавшими в тылу Красной армии. С учетом этого обстоятельства распоряжением начальника Генерального штаба Красной армии глубина выставления комендатур войск НКВД была вначале ограничена до 100 км вглубь китайской территории, а затем вообще была с них снята[11].

Служебно-боевые задачи по охране тыла 2-го Дальневосточного фронта выполняли 26-й, 44-й, 289-й полки 3-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД, а также пограничные войска Хабаровского округа. Общее руководство войсками, обеспечивающими охрану тыла фронта, возлагалось на оперативное управление, сформированное из офицеров Хабаровского пограничного округа.

Служба, как и в полосе действий 1-го Дальневосточного фронта, была организована по двум рубежам. Первоначально охрана тыла осуществлялась на советской территории. Так, подразделения 44-го полка с 9 по 14 августа 1945 г. несли службу на 13 КПП, осуществляли патрулирование в 36 населенных пунктах[12].

14 августа 1945 г. части 3-й стрелковой дивизии перешли реку Амур для организации службы по охране тыла фронта на территории Маньчжурии. В полосе наступления армии 2-го Дальневосточного фронта действовал, как правило, один полк войск НКВД, а в полосе наступления дивизии – один батальон. В связи с тем, что дивизии вели наступление по изолированным друг от друга направлениям, то и батальоны полка также выполняли служебные и боевые задачи изолированно друг от друга.

Например, подразделения 44-го полка 14 августа 1945 г. переправились вслед за передовыми частями Красной армии через р. Амур на территорию противника по трем маршрутам[13].

Нередко в ходе выполнения задач частям 3-й дивизии внутренних войск НКВД приходилось вступать в боевые действия с мелкими группами противника. Так, при прочесывании укрепленного района Фуцзинь 3-й стрелковой ротой 289-го полка был ликвидирован гарнизон дота. В ходе боя было убито 3 солдата, 1 унтер-офицер, взято в плен – 3 человека.

44-й стрелковый полк, усиленный ротой автоматчиков и школой сержантского состава, в районе Сяохэси принял участие в ликвидации Сяохэсинского укрепленного района. В ходе операции было убито 11, захвачено в плен – 160 человек[14].

Организация охраны Забайкальского фронта была возложена на воинские части и подразделения Красной армии. Пограничные войска Забайкальского округа к выполнению задач по охране тыла привлекать не планировалось, однако по решению Военного совета фронта для борьбы с вражеской агентурой в ходе операции был сформирован специальный сводный отряд пограничников численностью 426 человек, который 14 августа был переброшен на направление главного удара фронта[15].

Он действовал в промежутках между операционными направлениями, которые в полосе действия 2-го Дальневосточного и Забайкальского фронтов. Отряд вел борьбу с агентурой, ДРГ и войсковыми подразделениями противника путем выставления военных комендатур, организации КПП, деятельностью разведывательных подразделений.

Важным элементом охраны тыла действующей армии в полосе 1-го и 2-го Дальневосточных и Забайкальского фронтов являлась деятельность оперативно-войсковых групп (истребительных отрядов). В нее обычно входили 2–5 офицеров-разведчиков, 30–50 солдат и сержантов. Такие группы действовали вместе с передовыми отрядами наступающих подразделений на значительном удалении от линии государственной границы в целях разгрома японских разведывательных органов, захвата сотрудников и их документов.

Например, оперативно-войсковая группа 53-го пограничного отряда, действовавшая вместе с передовыми частями 36-й армии, захватила секретные документы особого отдела полиции и жандармерии в городе Чжалайнор, а также важнейшие документы органов спецслужб, в том числе списки действующей агентуры и лиц, отобранных в агентурную сеть на случай войны с СССР[16].

Оперативно-войсковые группы вели разведку в Маньчжурии, выявляя японскую агентуру, обнаруживая полицейские подразделения и японо-маньчжурские пограничные подразделения. Количество групп, действовавших на маньчжурской территории от каждого пограничного отряда, колебалось от 2 до 6, а их численность оперативно-войсковых групп – от 15 до 200 человек. В зависимости от поставленных задач в группы включались офицеры разведывательных органов и комендатур. Наиболее сильными были группы, предназначенные для преследования и уничтожения отошедших с границы гарнизонов противника. Глубина действия таких групп составляла 120–150 км от линии границы[17].

Во многих случаях оперативно-войсковые группы успешно вели боевые действия. Так, например, вместе с отступившей из поселка Драгоценки японской ротой ушли в тыл казачьи эмигрантские формирования, находившиеся на службе у японцев. Для ликвидации этого отряда командование войск НКВД предусмотрело комплекс оперативных мероприятий и войсковых действий. Наряду с организацией преследования противника были приняты меры по использованию агентуры, которая самостоятельно принимала решение на уничтожение вражеских элементов.

В результате умело проведенной оперативной работы часть казаков добровольно сдалась органам НКВД. После этого две оперативно-войсковые группы численностью около 200 человек, выделенные от 53-го и 54-го пограничных отрядов под командованием подполковника И.П. Карзонова, настигли японцев на переправе через реку Ганьхэ и в районе поселка Шурфовая (130 км юго-восточнее Нерчинского завода) в двухдневном бою, 14–15 августа 1945 г., разгромили их[18].

Действия оперативно-войсковых групп продолжались и после капитуляции Квантунской армии. Так, для ликвидации групп японских войск, находящихся в тылу 1-го Дальневосточного фронта из состава 26-го полка 3-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД была выделена оперативно-войсковая группа в составе двух рот, взвода станковых пулеметов, взвода 82-мм минометов и кавалерийского отделения (230 человек) под командованием капитана Г.К. Богодистого. В ходе операции, проведенной с 5 по 8 сентября 1945 г., произошло 12 боестолкновений, в ходе которых было убито 142 и взято в плен 407 японских солдат и офицеров.

8 сентября 1945 г. от местных жителей были получены сведения, что мелкие группы японских войск действуют в районе ст. Чайхе. Для их розыска и ликвидации от 26-го полка была выслана разведывательно-поисковая группа в количестве 35 человек под командованием лейтенанта Лисунова. 9 сентября она прибыла на ст. Чайхе, откуда в расположение группы японских военных были направлены для переговоров 2 пленных японца. После проведенных переговоров в плен сдались 3 офицера, 11 унтер-офицеров и 137 рядовых.

С 4 сентября по 15 ноября 1945 г. служебными нарядами 26-го полка было задержано 3 478 человек, из них: 2 шпиона противника, 516 грабителей, 1 дезертир, 72 хулигана, 172 нарушителя оккупационного режима[19].

За период с 9 августа по 5 сентября 1945 г. войсками по охране тыла фронтов было уничтожено: пограничных отрядов и кордонов – 241, гарнизонов – 31, очагов сопротивления – 7, опорных пунктов – 4. В ходе действий было ликвидировано 42 диверсионные группы из военнослужащих Квантунской армии и местного населения, а также 33 подразделения противника, численность которых составляла от 100 до 150 человек[20].

Войсками НКВД было занято 194 населенных пункта, в том числе города Сахалян, Айкунь, Уюнь, Шивей, Джурганхе, Мохе, Оупу и др. Эти действия активно поддерживались пограничными кораблями и катерами, а также пограничной авиацией.

В результате проведенных на территории Маньчжурии оперативно-войсковых мероприятий было арестовано 826 агентов противника. За период боевых действий частями по охране тыла было захвачено 64 склада с оружием и боеприпасами, продовольствием и вещевым имуществом, 11 пароходов, 37 кунгасов (парусных лодок), 20 катеров, 16 радиостанций, 113 тяжелых ручных пулеметов, 7 994 винтовки, 3 932 гранаты, 199 пистолетов и автоматов, 830 946 патронов.

Потери войск НКВД составили: убитыми – 174, ранеными – 344, пропавшими без вести – 7 человек.

Главнокомандующий советскими войсками на Дальнем Востоке Маршал Советского Союза А.М. Василевский высоко оценил деятельность войск НКВД: «Задача, успешно выполненная войсками НКВД, – это охрана армейских тылов. Используя опыт организации охраны тыла действующей армии на Западе, войска НКВД обеспечили безопасность фронтового тыла, пресекали попытки тайного врага и бандгрупп совершать диверсии в тылу Красной Армии»[21].

Таким образом, организация охраны тыла действующей армии в советско-японской войне в основном строилась по сложившимся ранее принципам, однако имела ряд особенностей.

Во-первых, система охраны тыла фронтов на Дальнем Востоке была разработана заблаговременно. Еще в июле 1941 г. НКВД СССР принял решение о возложении на начальников войск пограничных округов выполнение задач по охране тыла в случае развязывания Японией войны против СССР на Дальнем Востоке. Были определены задачи войск и порядок действий частей и подразделений.

Во-вторых, охрана тыла действующей армии при подготовке фронтовых наступательных операций возлагалась: на 1-м Дальневосточном фронте – на пограничные войска; на 2-м Дальневосточном фронте – на внутренние войска (3-я стрелковая дивизия НКВД), на Забайкальском фронте – на части Красной армии.

В-третьих, система охраны тыла фронтов в наступательной операции строилась первоначально по рубежам (на советской территории), а затем – по рубежам и направлениям (на территории Маньчжурии).

В-четвертых, значительную роль в системе охраны тыла в ходе советско-японской войны играли комендатуры, на которые возлагались задачи по своевременному принятию мер по уничтожению оставшихся в тылу небольших групп противника и диверсантов в районе расположения. Создание таких больших гарнизонов (50–250 человек) объяснялось сложностью обстановки в тылу наступавших войск. Только такой состав мог обеспечить надежную охрану, успешно отражать нападения и вести борьбу с многочисленными диверсионно-разведывательными группами противника.

 



[1] Одна из народностей Дальнего Востока, проживающая в бассейне реки Амур.

[2] ГАРФ. Ф. Р-9401. Оп. 2. Д. 87. Л. 152.

[3] ГАРФ. Ф. Р-9401. Оп. 2. Д. 87. Л. 153.

[4] ГАРФ. Ф. Р-9401. Оп. 2. Д. 97. Л. 151–152.

[5] ЦАПВ. Ф. 232. Оп. 6895. Д. 662. Л. 11.

[6] Лысенков С.Г., Сидоренко В.П. Внутренние войска: страницы истории. СПб., 2001. С. 77.

[7] В связи с переходом части пограничных войск НКВД Приморского округа на территорию Маньчжурии этот пункт управления стал осуществлять руководство подразделениями, охранявшими государственную границу в полосе наступления войск 1-го Дальневосточного фронта.

[8] Пограничные войска в Великой Отечественной войне. М., 1968. С. 651–652.

[9] ЦАПВ. Ф. 14. Оп. 224. Д. 3594. Л. 29–30.

[10] ЦАМО. Ф. 234. Оп. 228. Д. 75. Л. 40.

[11] ЦАПВ. Ф. 14. Оп. 5. Д. 2519. Л. 71.

[12] РГВА. Ф. 39026. Оп. 1. Д. 329. Л. 7.

[13] РГВА. Ф. 39026. Оп. 1. Д. 329. Л. 7.

[14] РГВА. Ф. 39026. Оп. 1. Д. 5. Л. 35.

[15] ЦАПВ. Ф.14. Оп. 224. Ед. хр. 3607. Л. 152.

[16] ЦАПВ. Ф. 20. Д. 70. Л. 378-379.

[17] ЦАПВ. Ф. 14. Оп. 224. Д. 4180. Л. 10, 32.

[18] ЦАПВ. Ф. 14. Оп. 224. Д. 3610. Л. 10.

[19] РГВА. Ф. 39026. Оп. 1. Д. 304. Л. 56–60.

[20] ГАРФ. Ф. Р-9401. Oп. 1. Д. 2218. Л. 290.

[21] Пограничные войска в Великой Отечественной войне. М. 1968. С. 673-674.

Авторизация

Хотим вас спросить

Где вы отмечали 23 февраля?

В кругу семьи - 63.3%
На службе (работе) - 30%
Не отмечал - 6.7%

Всего проголосовало: 30
The voting for this poll has ended on: 20 Март 2017 - 18:47

Фотогалерея

Видеопрезентация АВН

Наши партнеры







Доноры - детям